Доброволец. На Великой войне  - Сергей Бутко

* * *

«Беда не приходит одна». Правда народная в который уже раз восторжествовала, когда на следующий день я, едва успев хоть немного познакомиться с дореволюционной Москвой, вынужден был вместе с ее жителями стать пленником очередных обстоятельств – на сей раз случившихся не в далеком Рио-де-Жанейро, Китае или даже в полосе Северо-Западного и Юго-Западного фронтов, а куда ближе… Здесь, в самой первопрестольной.

«Расцвела буйным цветом малина, разухабилась разная тварь»^[37], – мрачно думал я, слыша о новой напасти, настигшей город в предновогоднюю пору. Притом напасти такой, что хоть нос на улицу не показывай. Ну что, дорогие мои москвичи, пережили вы день великих потрясений, так получите вдогонку еще один. В городе откуда ни возьмись объявилась и начала самым наглейшим образом бесчинствовать банда. И какая банда! Тут впору думать, что на дворе не январь пятнадцатого, а эдак ноябрь семнадцатого. Или даже июнь девяносто второго. Сани с вооруженными до зубов бандитами внутри и целая череда жестоких преступлений за сутки. Сначала средь бела дня дерзкий налет на кассу завода Гужона^[38], откуда выгребли больше полумиллиона рублей. После кровавой чередой три ограбления домов фабрикантов с убийством хозяев. Затем на Страстной площади отморозки тоже решили пограбить. Правда, там они столкнулись с полицией, и началась пальба. Но револьверы одно, а когда с другой стороны кроме этого еще и парочка ручных пулеметов с гранатами – совсем другое. В итоге есть погибшие и раненые, но банда скрылась, чтобы вскоре снова начать буйствовать. По улицам ночной Москвы загрохотали выстрелы и взрывы. Бандиты колесили по городу и вламывались в жилые дома.

– Вот что, Миша, – говорил мне Игорь, в который уже раз проверяя купленный им еще до войны «Браунинг» и предварительно объявив в квартире «осадное положение», – не знаю, откуда эти неуловимые разбойники взялись и сколько еще будут бесчинствовать, но нам сейчас нужно держать ухо востро. Можно ждать чего угодно… Вот держи…

Игорь протянул мне свой револьвер. Вещь, конечно, хорошая, но вот «калаш» сейчас бы пригодился куда больше, раз такое дело.

Но, к сожалению, до «калаша» местной военной промышленности не добраться никогда, и потому обойдемся тем, что есть. Может так статься, что и не придется от этих новоявленных Ленек Пантелеевых отбиваться…

Нет. Отбиваться все же пришлось. В числе «пунктов грабежа» оказался каким-то образом и наш дом.

Вскоре в квартире отчетливо стало слышно, как внизу снаружи громко хлопнула входная дверь. Так вышибают с ноги. Слоновий топот, отборные матюки и ругань. Сейчас начнется. Ну почему они ломятся именно в квартиру Рублевских? Почему?.. Думать над этим недоразумением некогда, момент неподходящий.

– Открывайте, господа буржуи, по-хорошему! – послышался за дверью мерзкий голос. – Иначе мы вашу хатку сами подломим – ключик у нас от всех замков имеется!..

Хохот. Удары. Треск. Дверь пока держится.

Домочадцы давно спрятались на кухне, Игорь направил на дверь «Браунинг». Я тоже приготовился к стрельбе.

Меж тем удары прекратились. Бандиты начали совещаться.

– Зюзюка, а может, бомбанем, чтоб не возиться?!

– Я те бомбану! Иль приказ забыл – гранаты только для легашей!

– Опять этот приказ чертов! Ну, сявки! Всех на пику посажу, когда войдем!..

Снова удары, и дверь начала поддаваться. Рано, Игорек, рано! Зачем же ты стрелять вздумал? Вот. Что я и говорил. Даже твой хваленый «Браунинг» заклинило.

Это проклятье какое-то! У меня тоже две осечки подряд! Из-за чего?! Слабая боевая пружина, неправильный выход бойка, выскакивание шпильки курка, чрезмерное стягивание крышки рамки соединительным винтом?! Или все дело в неисправности капсюля патрона, сгустившейся смазке, загрязнении ударного и спускового механизма?! Разбираться сейчас недосуг! Бандюки дверь уже снесли, а я по-особенному рявкнул, тут же почувствовав, как внутри меня привычно пробуждается ярь! Сейчас будет махач! Мячиком скачу по комнате! Первого ввалившегося в квартиру бандита сбиваю с ног мощным подкатом в прыжке и надолго успокаиваю хлестким, коротким ударом ладони по горлу, а вот и второй. После того как я выбил у него из рук револьвер, налетчик оскалился и начал размахивать ножом! И нужно заметить, хорошо машет, компактно! А моя рука в это время уже сама вращает оказавшуюся поблизости трость Анатолия Павловича! Удар первый – выбиваем нож! Удар второй – тычком в солнечное сплетение сгибаем бандюка пополам! Удар третий – завершаем комбинацию, двинув тростью по затылку! Готов, мазурик!

Теперь по протоколу, так сказать, «задержание для дальнейшего выяснения личности, опроса свидетелей и т. д. и т. п.».

– Вот это номер, – не скрывая восхищения, выпалил взъерошенный Игорь, подходя к лежащим на полу бандитам. – Я тоже немного джиу-джитсу знаю и…

– Некогда говорить, Игорь Анатольевич! – прервал я его. – Этих связать надо, пока не очухались!

– Да, верно, верно… Чем бы только?..

По счастью, у Варвары Дмитриевны быстро нашелся набор шелковых, но прочных шнуров, которыми и были скручены нежданные налетчики. Разумеется, кляп в рот прилагался. А дальше всем нам оставалось лишь наскоро вернуть на место дверь, как следует подпереть ее шкафом и напряженно ожидать, что же будет дальше.

Повезло нам. До самого утра никто в подъезд носу больше не показывал. Не знаю почему, но остальные бандюки своих не хватились. Может, с полицией столкнулись? Или что-то еще произошло? Неизвестно.

Утром, когда на улице все успокоилось, настало время фемиды с вызовом полиции и прочими процедурами, участником которых пришлось быть и мне.